Здесь вам не равнина

Здесь вам не равнина

За ночь погода кардинально поменялась. Зима решила напомнить о себе. Ещё вчера на конном дворе копыта месили податливый мягкий грунт. Сегодня вся земля была покрыта толстым слоем рыхлого снега, а от резкого пронизывающего ветра не спасала даже тёплая куртка.

Длинная вереница вьючных лошадей уже выстроилась в колонну. Ротный, поздоровавшись, подвёл меня к середине строя, где познакомил с командиром отделения младшим сержантом Мулидом Соблировым. Уходя, тихо сказал:

— Поговорите с ним. Он в лошадях лучше меня разбирается. Воевал, награждён медалью "За отвагу". Так что не понаслышке о войне в горах знает.

Послышалась команда: "Становись!" Некоторые ездовые стали садиться в сёдла. Но Мулид продолжал стоять рядом со мной, ласково поглаживая тяжело нагруженного рослого коня, перебирающего копытами.

— А вы разве не верхом поедете? — спросил я.

— Нет, мы вместе пойдём, — ответил младший сержант, продолжая гладить коня. — У нас в подразделении три вида лошадей: верховые, вьючные и обозные. Первые работают под седлом, они сухие, жилистые, на них ездят наши разведчики. Обозные кони самые мощные, плотные. Но мы сегодня в предгорья идём, поэтому их с собой не берём. А этот конь — вьючный, видите, какой он крепкий, на спине много унести может. Считается, что хорошая лошадь может нести груз в одну треть своего веса. Но тут многое зависит от обученности, выносливости, а также от высоты маршрута, времени года и сложности рельефа. В последний раз на учениях наши кони с нагрузкой в 90 килограмм спокойно преодолели за 10 часов более 30 километров. Но сегодня вряд ли так далеко уйдём — погода сложная, в горах много снега ночью выпало. Лавины могут быть. Опасно, в общем.

Пока мы разговаривали, колонна тронулась и по малозаметной тропе начала подниматься на высокий холм.

— А сложно управлять лошадью? — интересуюсь я у Мулида.

— О, это целая наука! — оживляется он. — Надо уметь правильно пользоваться поводьями, как трензельными, так и мундштучными. Хороший наездник никогда не дёргает лошадь, не двигает всей рукой или даже кистью, ему хватает мизинца. Да что говорить, одних только способов укола шпорой существует два десятка. Но хороший наездник редко шпорами пользуется. Ему достаточно коснуться лошади икрой, и она уже всё поймёт.

— И откуда вы про лошадей столько знаете? — откровенно удивляюсь я.

— Отец многому научил, он очень хорошим объездчиком был. Однажды в горах внезапно началась гроза. Его лошадь понесла, он пытался её остановить, но не смог. Так вместе с конём и упали в пропасть… Но я всё равно люблю лошадей. Я их понимаю, а они меня. В горах без них никак. Ни один человек, даже самый сильный, столько груза не унесёт. Тут главное — делать всё спокойно, не торопиться и не паниковать. А то твоё беспокойство лошадям пере-дастся. Если люди и кони обучены, то можно выйти из любой сложной ситуации. Вот этому я и учу своё отделение. Конечно, всякий нормальный боец умеет из автомата стрелять и гранаты бросать, но в нашем подразделении этого мало. У нас каждый должен своего коня понимать и за ним ухаживать. Они же не машины, а разумные живые существа, им ласка, уход и доброе слово нужны.

Внезапно колонна остановилась, а потом, сделав полупетлю, начала спускаться. Вскоре выяснилось: Главное управление МЧС по Кабардино-Балкарии объявило экстренное лавинное предупреждение в горных и предгорных районах республики. Пришлось возвращаться, чтобы избежать ненужного риска.

— А воевать где пришлось? — не отставал я с расспросами от своего провожатого на обратном пути.

— В конце 1999 года наш полк подошёл ко входу в Аргунское ущелье, так называемым Волчьим воротам. Послали вперёд группу артиллерийских разведчиков для корректировки огня, а они напоролись на засаду. Запросили помощи, нас и отправили к ним на выручку. Пришлось под обстрелом пробиваться.

Прорваться-то мы тогда прорвались, а вот назад нас не выпустили. Снайперы боевиков сразу же убили нашего командира взвода. Хорошо ещё, что артнаводчик успел передать наши координаты и дивизион самоходных установок огнём поддержал. А то смяли бы нас в первые же минуты боя. Много боевиков там тогда было, ох много. Провоевали мы с ними почти целый день. Патроны уже заканчивались.

Бандиты хорошо знали местность и давно бы нас окружили, но у нас в тылу обрыв был. Он и стал для нас спасением. Один отчаянный парень рискнул спрыгнуть с него. Прыгнул и кричит снизу: "Ребята, давай сюда, тут внизу песок, не разобьётесь!" Начали и мы спрыгивать, а там высоко, метров десять, наверное, было.

На высоту нас уходило 59 человек, назад вернулось только девятнадцать. Мы с другом, Султаном Абдулатиповым, смогли одного раненого парня на себе вытащить. Вот за это нас и наградили…

Обратный путь был долгим, Мулид много успел рассказать о себе. После армии он вернулся домой и служил в местном ОМОНе. Потом уволился и уехал помогать своему брату, у которого был строительный бизнес в Санкт-Петербурге. Но затем всё же вернулся в Нальчик. Женился, воспитывает сыновей Руслана и Радмира. Приучает их к лошадям, готовит к предстоящей военной службе.

— У нас в роду все мужчины служили, — с гордостью говорит он. — У меня четверо родных братьев, и ни один не бегал от армии. Меня в военкомате вообще призывать не хотели, мол, не переживай, твоя семья долг перед Родиной исполнила сполна. Но я настоял, чтобы меня призвали, потому что считаю: настоящий мужчина должен прежде всего быть воином. Так было, так есть и так будет всегда.

Идущий за нами рослый конь с умными добрыми глазами мерно кивал головой, будто соглашаясь с каждым словом своего хозяина…

Здесь вам не равнина
Здесь вам не равнина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

тринадцать − 2 =