Взятие будапешта

Взятие будапешта

Взятие Будапешта стало одной из самых кровавых битв конца Второй мировой войны. Отчаянное двухмесячное сопротивление немецко-венгерских частей смог сломить только мощный натиск советско-румынских армий. А наносимые по приказу Гитлера контрудары Ваффен-СС исчерпали последние жизненно важные для обороны Третьего рейха силы.

После того как пала Румыния, Красная армия взяла курс на Венгрию. Сталин резонно полагал, что после взятия Будапешта окончательно прекратится венгерская поддержка Рейха. Кроме того, Венгрия являлась нефтяной базой, снабжавшей немецкие войска горючим. И, наконец, Будапештская операция оборачивалась полной блокировкой гитлеровцев на Балканах.

Взятие Будапешта было поручено в первую очередь 2-му Украинскому фронту во главе с недавно произведенным в маршалы Советского Союза Родионом Малиновским. В состав фронта входили пять советских и две румынских общевойсковых армии (Румыния в этой войне успела повоевать за обе стороны), одна танковая и одна воздушная армии— всего сорок стрелковых, три танковых, две механизированных дивизии, три кавалерийских корпуса и одна танковая бригада. В конечном итоге в операции с советской стороны приняли участие свыше 500 ООО солдат, из них 170 ООО непосредственно брали город.

Первым советским частям удалось достигнуть восточного предместья Будапешта уже 7 ноября 1944 года, где их остановила трехзонная немецко-венгерская оборона.

Приказ: «С городом не возиться»

После освобождения Белграда 24 ноября 1944 на Будапешт был нацелен с юга и 3-й Украинский фронт маршала Фёдора Толбухина. В его составе была также 7-я румынская армия.

Несмотря на сильное сопротивление группы «Юг», солдаты Толбухина уже 10 декабря 1944 вышли к южной окраине Будапешта. Город оказался почти в кольце, снабжение могло идти только с запада.

Самые тяжёлые бои пришлись на долю 6-й гвардейской танковой армии и 7-й гвардейской армии, которые вместе с 46-й армией 2-го Украинского фронта были брошены на неприятеля севернее и северо-западнее от города. Известно, что Иосиф Сталин приказал своим маршалам «с городом не возиться, брать сходу.». Поэтому войска, зачастую, в неподготовленных атаках, несли большие потери.

Впоследствии Красная армия позволила себе и своим противникам передышку. Надо было выровнять линию наступления, перегруппировать силы. Новое наступление началось 19 декабря 1944 года. Наступающая сторона ловко использовала прием дезинформации по каналам связи. В результате момент начала наступления они прозевали.

Малиновский также попытался броском 2-й гвардейской механизированной дивизии и 46-й армии через Дунай севернее Будапешта замкнуть кольцо вокруг города. Этот маневр дорого обошелся наступающим — как раз здесь их ждали и встретили плотным огнем. Но когда 26 декабря после жестоких боёв солдаты 2-го и 3-го украинских фронтов встретились северо-западнее Будапешта в старинном городе Эстергом, судьба столицы была решена.

В кино — под канонаду

В будапештском котле оказалось около 800 ООО гражданского населения. Оценка количества активно обороняющихся расходится от 100 ООО до вдвое большего количества. Всего город удерживало около 188 тысяч солдат и офицеров немецкой группировки «Юг».

Советская военная история, по мнению западных экспертов, намеренно увеличивает действительное количество обороняющихся. После войны создавалась „история на заказ" об огромных количествах немецких защитников Будапешта. Думается, таким образом высоким советским функционерам было легче объяснить своим гражданам причины больших потерь и длительной осады.

При этом жизнь в городе текла совершенно нормально вплоть до решающего штурма. С востока гремел артогонь, а магазины оставались открытыми, в театрах игрались спектакли, в кино шли сеансы. Жителей беспокоили только воздушные тревоги. Но мирная жизнь была обманчива. Война накатывала и на этот, относительно благополучно переживший последние пять лет город.

Жители, не державшие в руках оружие, прятались в подвалах, голодали и ждали, когда война промчится через их город. Один из выживших вспоминал: „Было очень опасно выходить наружу. Много людей погибло, когда шли за водой, или, к примеру, за сигаретами. Мы укрылись в подвале 29 декабря, и вплоть до 12 февраля жили крысиной жизнью."

В обороне «сердца» страны в последующие два месяца принимали участие немецкие и венгерские солдаты, жандармы, специальные части «Скрещенных стрел» (штурмовики венгерской нацистской партии), но также и отряды добровольцев из числа гражданского населения. С немецким Фольксштурмом они не имели ничего общего. Обороняющимися командовал обергруппенфюрер СС Карл Пфеффер-Вильденбрух. У него был ясный приказ прямо от фюрера — воевать до последнего солдата.

Первая неделя осады состояла из мелких атак на немецкие позиции со всех сторон. 28 декабря советское командование объявило осаждённому гарнизону по радио и через репродукторы, что на следующий день оно вышлет парламентёров. Это была попытка миром кончить дело. Тем более, что маршал спешил выполнить приказ Верховного и бросить все силы на Вену.

На следующий день парламентёры Миклош Стейнмец и Илья Остапенко действительно отправились за немецкую линию обороны договариваться об условиях капитуляции. Но Пфеффер-Вильденбрух её отверг и на обратном пути парламентёры были убиты.

Танки СС пошли в прорыв

Красная армия „отпраздновала" новый, 1945 год масштабными атаками на городскую часть Пешта с севера и юго-востока, где постепенно выдавливала обороняющихся к Дунаю. Однако, в другой части города, Буде, линия фронта практически не сдвинулась.

В первый же день новогодней атаки красноармейцы вынудили обороняющихся отступить на внутреннюю линию обороны, раскинувшуюся в пяти километрах от Дуная. Плотная городская застройка в центре Пешта создавала идеальное поле боя для небольших, быстрых и маневренных отрядов пехоты при поддержке артиллерии и авиации. В какой-то мере картина напоминала о Сталинградских сражениях. Дрались за каждый дом, и даже под землей — в запутанных сетях канализации.

Казалось, у немцев хватает сил лишь для того, чтобы обороняться. Но в эти же дни на северо-западе Венгрии начал наступление 4-й танковый корпус СС. Цель — разорвать кольцо окружения, выйти к гарнизону Будапешта.. Для советских солдат из 31-ого стрелкового корпуса и 4-й гвардейской армии это была полная неожиданность.

Танки Пантера и PzKpfw IV танковых дивизий СС «Мёртвая голова» и «Викинг» под командованием обеогруппенфюрера СС Герберта Отто Гилле молниеносно преодолели позиции измотанной в боях пехоты и выдвинулись на глубину до 50 км.

Этот выпад ослабил натиск Советской армии на город, но не существенно. Положение обороняющихся продолжало ухудшаться. Кончались боеприпасы и продовольствие.

Летчики Люфтваффе еще удерживали один из последних воздушных мостов этой войны. Пилоты Ю-52 использовали широкие улицы и парки в качестве запасных посадочных площадок, но плотный огонь наступающих частей перекрыл и эту возможность. Дунай выручал, но лишь до того момента, пока не ударили морозы. Потом река встала.

Когда не проходило масштабных операций, в войну вступали снайперы, разведчики, охотившиеся за языками, убивавшие офицеров. Обороняющиеся отвечали тем же. Так бойцы венгерского отряда «Ваннай» преимущественно по ночам выныривали из подвалов уже занятых Советскими войсками домов и нападали на ничего не ожидающих русских и румын.

Как реакция на патовую ситуацию, 11 января возникла специальная советская ударная часть под командованием генерала Ивана Афонина. Она располагала огнемётами и тяжёлым вооружением, часть людей составляли сапёры. Потребности в боевой поддержке части не требовалось — с ней вместе работало несколько дивизий. Это была мобильная группировка, наносившая удары по ослабленным звеньям обороны. Именно она взяла важный для расклада сил дунайский остров Чепель. Там было производство боеприпасов, которыми до последней минуты снабжались обороняющиеся.

Между тем немецкие танки Герберта Отто Гилле продолжали рваться к городу, но 12 января были остановлены.

Точку поставили морские пехотинцы

Потеря Чепеля почти отрезала гарнизон, оборонявший Пешт. Реакция Гитлера всех удивила — 17 января 1945 он разрешил частям, остававшимся восточнее Дуная, отступить. Но последующие приказы фюрера требовали сосредоточиться для обороны Буды. При быстром отступлении немцы уничтожили все пять исторических мостов через Дунай, игнорируя сопротивление высших венгерских офицеров.

В тот же день последовала массированная попытка Вермахта и частей СС прорвать осаду. Как всегда сработал элемент неожиданности. Лёгкой добычей для танков Ваффен СС в этот раз стал 55-й стрелковый корпус. Немцы смогли продвинуться к Дунаю еще на 30 км. Им противостоял неполный 7-й механизированный корпус, сил которого явно не хватало, чтобы блокировать «бронированный кулак».

Прорывающимся немецким войскам 20 января 1945 удалось выйти к Дунаю, южнее города, на расстоянии прямой видимости. Но преодолеть удалось только пять километров. Последнюю линию обороны, которую занимал 22-й танковый корпус, прорвать не удалось. В контрнаступление Малиновский бросил 12 пехотных дивизий.

Ослабленные части Ваффен СС под Будапештом уже не беспокоили советские войска, и те могли полностью сосредоточиться на взятии города. Судьба гарнизона была решена.

Адольф Гитлер несколько раз отклонил просьбу Карла Пфеффер-Вильденбруха разрешить ему пробиться из города к немецким позициям. А потом уже и поздно было — осада обрела ту плотность, которая не давала шанса на прорыв. Воинский дух упал до точки замерзания и в рядах, прежде всего, венгерских солдат множились дезертиры.

Однако, теперь Красной армии приходилось воевать на гористом рельефе Буды с оборонным узлом в Будайском замке. Жестокие бои шли также на центральном городском кладбище. Солдаты укрывались в перепаханных могилах между костями погребённых, за надгробиями и в мрачных криптах.

Через шесть недель наступавшим наконец удалось взять местную доминанту — Орлиный холм, ключевую точку немецко-венгерской обороны. Именно оттуда артиллеристы могли теперь точно расстреливать оставшиеся позиции обороняющихся. Возможность каких-либо поставок припасов окончательно была утрачена.

10 февраля 1945 года стал днём советской морской пехоты. Морпехи атаковали немецкие позиции у Будайского замка, чем практически разделили сопротивляющиеся войска на две изолированные группы.

«Я бы повесил вас…»

В ночь с 11 на 12 февраля 1945 года немцы предприняли отчаянную попытку прорыва. В трёх атакующих волнах пытались избежать смерти около 28 ООО военных и тысячи отчаявшихся гражданских, у которых, видимо, были все основания бояться встречи с Красной армией. Прорыв захлебнулся, толпы деморализованных людей добивали в окрестных лесах, тысячи сдавались в плен. До немецких позиций добралось всего 785 солдат.

Командующий обороной Пфеффер-Вильденбрух как ни старался, не смог избежать плена

— в подземных туннелях его вместе с одним венгерским коллегой выследила советская разведгруппа. Маршал Малиновский был краток в общении с пленным. „Если бы у меня не было прямого приказа от самого Сталина, — сказал он,

— повесил бы вас на главном надворье Будайского замка за все проблемы, что вы нам причинили!"

Но немецкий офицер, спустя годы вынужденного пребывания в СССР, все-таки вернулся домой, чего не выпало верховному командующему венгерского гарнизона Будапешта Ивану Хинди. Шефа Первого венгерского армейского корпуса Советы казнили по окончании войны. Повесили.

Несмотря на тяжкие потери Красная армия победила и 13 февраля 1945 года, наконец, заняла весь Будапешт. Пало 80 ООО советских солдат, 240 000 было ранено.

Из обороняющихся почти все были либо убиты (160 000 убитых, раненых и пропавших без вести), или попали в плен (60 000). Кроме того в боях погибло около 40 000 гражданских . Они не могли вздохнуть спокойно и после взятия города. Советским учреждениям требовалась каждая рука для обновления страны

— их привлекали на принудительные работы. Некоторые авторы утверждают, что победители изнасиловали в городе 50 000 женщин.

К 4 апреля 1945 года Красная армия заняла большую часть Венгрии и тем на долгие десятилетия определила её политико-экономическое направление. Парадокс — именно дату собственного покорения коммунистические функционеры Венгерской народной республики позднее выбрали главным государственным праздником.

Подробности с поля боя

Немецкие и венгерские обороняющиеся для коммуникации с отдалёнными частями использовали и будапештскую телефонную сеть. При этом нередко случалось, что в трубке раздавалась русская или иная восточная речь. Фронт в городской застройке быстро переливался с одной на другую сторону.

Лихая авантюра удалась шести бойцам советской морской пехоты. Сквозь каналы они проникли в Будайский замок, в самый центр немецкой обороны. Там они захватили удивлённого высокопоставленного немецкого офицера и вместе с «языком» вернулись к своим.

Для советских офицеров представляли проблему бои в богатых кварталах Булапешта. Виллы состоятельных жителей, имевшие в своём большинстве хорошие запасы продуктов, а главное алкоголя, для простых красноармейцев представляли просто непреодолимое искушение. Поэтому обороняющиеся использовали такую тактику — позволяли русским занять виллу с богатыми запасами. Потом, дождавшись когда уснут разморенные едой и алкоголем солдаты, убивали их.

Во взятии Будапешта рядом с русскими и румынами участвовали также «красные» венгры, сосредоточенные в добровольческом отряде Буда. При тогдашнем венгерском правительстве в Дебрецене имелось независимое формирование под командованием подполковника Оскара Варихази, составленное из венгерских пленных и противорежимных дезертиров. Это была единственная венгерская часть, воюющая рядом с союзниками, подпадавшая под советское командование. В отряд Буда вступило около 2500 добровольцев, из них приблизительно четверть пала в боях. После взятия Будапешта последовало „вознаграждение победителей" — большинство выживших солдат Советы разоружили и после арестовали. Вместе с оборонявшимися они впоследствии отправились в СССР как военнопленные…

Военнослужащий 2-го гвардейского механизированного корпуса Владимир Грозный, переживший февральскую попытку прорыва осажденных, рассказывает: „Мы стояли недалеко от железнодорожной насыпи. По обе стороны путей находилось поле с созревшей кукурузой. За насыпью стояло небольшое строение с сараем. И именно за ним пряталось одно гвардейское самоходное орудие СУ-122. Вскоре через насыпь перевалился первый немецкий лёгкий танк, вероятно разведка. Его командир очевидно не считался со скрытой угрозой и вскоре оказался на уровне сарая. Последовал выстрел и танк остался стоять на кукурузном поле. Театр этим только начинался. На насыпи появился второй танк, который немедленно отправился к подбитому коллеге в кукурузе. Это был немецкий Тигр. Он немедленно получил снаряд прямо в моторную часть, при этом резко качнувшись на месте. Сцена в кукурузном поле с попадающими в мотор танков выстрелами повторилась еще, наверное, раз двенадцать. Вероятно, танкисты не замечали никакого дыма и пламени, и таким образом все вновь появляющиеся отправлялись к уже подбитым товарищам.

Взятие будапешта
Взятие будапешта
Взятие будапешта
Взятие будапешта

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2 − 1 =