«За огнестрельного мастера признаваем быть может»

Следует заметить, что Петр сам прекрасно разбирался в артиллерии и питал к ней пылкую привязанность. Возможно, зрелище парадных стрельб 1683 г. произвело неизгладимое впечатление на одиннадцатилетнего Петра, и он на всю жизнь полюбил эти огнедышащие чудовища. А возможно, мощь и сила артиллерийских орудии отвечала его импульсивному и взрывчатому характеру. Еще за пять лет до Нарвы Петр I создал первую бомбардирскую роту — прообраз будущего артиллерийского полка и принял звание ее капитана. Это не помешало ему при первой возможности пополнить свои знания за границей. Будучи в составе Великого посольства в Европе, Петр перед возвращением на родину получил в Кенигсберге аттестат артиллериста, в котором отмечалось, что он «везде за осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может».

Начал Петр с создания металлургической и оружейной промышленности, способной обеспечить армию орудиями. Уже в 1702 г. приступили к строительству казенного железного завода на реке Невье на Урале, сданного позднее в аренду Никите Алтуфьеву, основателю будущей промышленной династии Демидовых. Еще через год началось строительство заводов в Олонецком крае, тогда же расширялись Каширские и создавались Липецкие заводы. В 1710 г. был пущен Сестрорецкий оружейный завод, через два года закончилась реконструкция оружейного завода в Туле. Только на рале к концу царствования Петра I действовал 21 завод по выплавке чугуна и железа.

Решительный характер Петра проявился в первые же месяцы после поражения под Нарвой. Он велел снять колокола со многих церквей и перелить их на пушки. Через год было отлито 273 орудия, спустя еще год — 140, причем отливка производилась по чертежам, выверенным лично Петром. Во главе артиллерийского дела Петр поставил талантливого ученого и математика Якова Брюса, выходца из знатного шотландского рода, предки которого с середины XVII в. жили в России. Артиллерийское дело он изучал в знаменитом Вуличском арсенале в Англии.

Первое, что требовалось русской артиллерии, — это упорядочение в калибрах и типах орудий. Брюс ввел в употребление артиллерийскую шкалу, представлявшую собой видоизмененную шкалу Гартмана, на основе которой можно было стандартизировать калибры орудий. Был установлен специальный артиллерийский вес, на одну пятую тяжелее русского торгового фунта. Артиллерийским фунтом (491 г) считался вес сплошного ядра, имевшего диаметр 2 английских дюйма (5,08 см). В результате были ликвидированы многочисленные веса ядер и все прежние калибры. Осталось только 5 калибров для пушек, 5 для мортир и 2 для гаубиц.

Вся система артиллерии не только упорядочивалась, но и становилась чрезвычайно простой. Пушкам перестали присваивать личные имена, и назывались они теперь по весу метаемого ядра, измеряемого в артиллерийских фунтах. Если орудие метало ядро в 3 фунта, оно так и обозначалось — трехфунтовое, в 6 фунтов — шестифунтовое и т.д. Мортиры и гаубицы также классифицировались по весу метаемых снарядов, но только в пудах. Например, мортира, стрелявшая бомбами в 3 пуда, называлась трехпудовой. Гаубицы были полупудовые и пудовые.

К этому времени стало общепринятым измерять длину орудийного ствола диаметром его ядра, или в калибрах. Какое число ядер можно уложить вдоль ствола, таков и его размер в калибрах. Благодаря этому стало возможным соотносить между собой как различные, так и одинаковые типы орудий. Пушки имели длину ствола в 16—25 калибров, гаубицы — в 5—6 калибров, а самые короткие, мортирные стволы, были всего в 2—3 калибра. Интересно, что подобная характеристика орудийных стволов сохранилась до сегодняшнего времени.

Выделилось четыре вида артиллерии: полковая, полевая, осадная и крепостная (или гарнизонная). Полковая состояла из 3-фунтовых облегченных пушек, средний вес которых был около 19 пудов (304 кг). Каждому полку давалось по две пушки. Полевая артиллерия включала в себя 6-, 8- и 12-фунтовые пушки, одно- или двухпудовые мортиры и полупудовые гаубицы. Вес этих орудий был значительный, но не настолько, чтобы они не поспевали за армией в походе.

6-фунтовые орудия весили в пределах 30— 46 пудов (491—753 кг), а 12-фунтовые — 85—115 пудов (1392—1884 кг). Вес полевых мортир был меньше — от 200 до 500 кг.

Вся полевая артиллерия была сведена в один артиллерийский полк, в котором по штату 1712 г. числилось 6 канонирских рот и 1 бомбардирская. Канонирские роты имели на вооружении пушки, бомбардирская — гаубицы и мортиры. Артиллерийский полк был детищем Петра и имел свое знамя, лично им подаренное. К середине XVIII в. полк вырос до 30 рот, а в 1757 г. их разделили на два полка.

Осадная артиллерия состояла из 18- и 24-фунтовых пушек, полупудовых гаубиц и 3-, 5-, 9-пудовых мортир. При Петре она называлась брештовой, что точно определяло ее назначение — пробивание брешей в стенах. Вес орудий осадной артиллерии был, конечно, большой, но не шел ни в какое сравнение с весом их предшественников из XVII в. Большая 24-фунтовая пушка весила около 2,5 т, а 9-пудовая мортира — 3,6 т. Для перевозки орудий осадной артиллерии требовалось 16—18 лошадей.

Последний вид артиллерии — крепостная, или гарнизонная — включал в себя орудия всех перечисленных калибров с добавлением 48-фунтовых орудий, которых было немного.

Особой заслугой Петра I была улучшенная организация артиллерийского полка. Первоначально полк не имел при себе ни орудий, пребывавших на складах, ни лошадей, которые содержались отдельно. Понятно, что солдаты плохо разбирались в своих пушках. В ходе Северной войны орудия и лошади стали принадлежностью полка. Кроме того, изменилась транспортировка пушек, которые ранее доставлялись случайными возчиками. Петр I создал фурштат — постоянные казенные команды ездовых и лошадей для перевозки всех видов орудий и зарядных ящиков к ним.

За время своего правления Петр I полностью обновил всю русскую артиллерию. Недостаток металла вынудил перелить не только колокола, но и почти все прежние орудия. В результате устаревшая техника была уничтожена. Для военных целей это оказалось крайне важно, а для сохранения памятников старины — губительно. Понимая это, Петр приказал не переливать несколько уникальных орудий, в частности знаменитую мортиру 1605 г., отлитую Андреем Чеховым (сейчас она хранится в Санкт-Петербурге). Орудий допетровской эпохи сохранилось крайне мало, в основном в провинциальных городах, откуда они потом попали в столичные музеи.

Создавая артиллерию, Петр опирался не только на опыт европейской, в частности шведской, артиллерии, но и на мастерство своих артиллеристов. Проводились многочисленные опытные стрельбы и отливки пушек, на основании которых были не только упорядочены калибры, но и облегчены почти все типы орудий. Пушки начали отливать без особых украшений, столь любимых в XVII в. Это позволило уменьшить вес орудии и сократить сроки их изготовления. Оставались еще, правда, фризы на теле орудий, присутствие которых вызывалось особенностями тогдашней литейной технологии, и украшенные скобы в виде крылатых чудовищ — дань прошлой моде.

Результатом многочисленных опытов явился именной петровский указ 1716 г., в котором четко оговаривались размеры орудий и их частей. В многочисленные литейные заведения поступали чертежи пушек с обязательным грифом генерал-фельдцейхмейстера Я.Брюса, и от мастеров требовалось неукоснительное их соблюдение. Однако уровень литейной промышленности не позволял в полной мере выполнять все требования, и орудия все же отличались друг от друга размерами и весом. Полная унификация была еще впереди.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двадцать − 10 =