Борьба за нейтральные государства

Борьба за нейтральные государства

Многие малые европейские государства использовали свой нейтралитет в войне как ширму, под государств прикрытием которой они торговали оружием, стратегическим сырьем и продовольствием, из­влекая из этого крупные прибыли. В скандинавских странах (Швеция, Норвегия, Дания) промышленники и торговцы на­живали колоссальные барыши на военных поставках обеим вою­ющим коалициям. Так, например, Швеция поставляла во время войны продо­вольствие Германии, а металлургическую промышленность пере­строила для удовлетворения военных нужд Антанты.

Приток золота в Швецию вызвал чудовищную спекуляцию и ажи­отаж. Акционерные общества в стране росли, как грибы после дождя. В течение 1916 г. было создано 2000 таких обществ. Не менее наживались на войне и капиталисты Норвегии, снаб­жавшие союзников нитратами, а Германию — рыбой. Одно время 90®/о всей потребности французской армии в нитратах удовлетво­рялось Норвегией.

Вывоз рыбы в Германию достигал в 1913 г. около 80 тыс. т, в 1915 г. — свыше 160 тыс., в 1916 г. — около 200 тыс. г. Дания во время войны также была важнейшим источником снабжения Германии. В первые два года войны датские торговые суда привозили в Германию товары, совершая свои рейсы на ан­глийском угле. Удобрения и корм для скота Дания получала из Англии, а вывозила скот преимущественно в Германию, причем в таких количествах, что его не хватало внутри страны (в 1916 г. в среднем 4 тыс. голов в неделю).

Кроме того, Дания кормила гер­манскую армию консервированным мясом, рыбой, сыром и жи­рами. Любопытно отметить, что все рыболовные принадлеж­ности, включая веревки для моторных лодок, шли в скандинав­ские страны из Англии, а рыба в огромных количествах экспор­тировалась в Германию. Кроме того, скандинавские страны наживались на транзитных поставках. Так, в 1916 г. Германия получала какао через Шве­цию, никель через Норвегию, олово через Данию, хлопок че­рез все скандинавские страны. Ценный минерал — креолит, не­обходимый для производства алюминия, из которого делалась оболочка цеппелинов, был ввезен в Данию из Гренландии за 1915 — 1917 гг. в количестве 22 тыс. г. Из этого количества Герма­ния получила 7000 тыс. г, Англия— 4200 тыс. г.  и Франция — 3700 тыс. г. Капитал не брезговал никакими средствами для обо­гащения и наживы.

Некоторые государства, полностью экономически и полити­чески подчиненные великими державами, были вовлечены в вой­ну по одному взмаху их дирижерской палочки. Так, в феврале I9I6 г. по указке Англии Португалия произвела секвестр 65 гер­манских судов тоннажем в 160 тыс. т. находившихся в порту­гальских портах. Германия потребовала возвращения судов. Но маленькая Португалия, чувствуя за собой поддержку Лондона, отвергла это требование и объявила войну Германии. «Если война между Португалией и Германией, — писал 14 марта 1916 г. русский посланник в Лиссабоне Боткин, — не возго­релась до сих пор, то это можно объяснить лишь тем обстоятель­ством, что выступление Португалии до последнего времени не входило в расчеты английского правительства… Португальское правительство, исполняя все, что от него спрашивало союзное правительство, ждало лишь сигнала для открытого выступления против общего врага».

Некоторые не участвовавшие в войне государства считали, что не только активная помощь той или иной воюющей группировке, но и нейтралитет должен быть соответствующим образом опла­чен. К числу этих государств принадлежала Испания, являвша­яся не только базой снабжения обеих воюющих коалиций, но и центром международного шпионажа. Испания, обогатившаяся на войне (с 1914 по 1917 г. золотой запас Испанского банка вырос с 0,6 до 2,1 млрд. пезет), хотела получить и территориальные приращения. В январе 1915 г. ис­панский король Альфонс XIII пытался путем шантажа выторго­вать у держав Антанты территориальные компенсации за свой нейтралитет.

Он заявил, что обещания, якобы сделанные Герма­нией в Мадриде, «приятно щекочут национальное самолюбие, во­скрешают химеры, намекают, что Гибралтар, Португалия, Тан­жер и т. д. могут явиться наградой за сотрудничество в оконча­тельной победе Германии». Говоря далее о своей непоколебимой уверенности «в победе держав Согласия» и жалуясь, что в Испа­нии начинают обвинять его в неумении воспользоваться создав­шейся обстановкой, Альфонс заявлял: «Я считаю, что имею право, чтобы ко мне относились не хуже, чем к тем нейтралам, холодность которых стараются разогреть всякого рода приманками… То, что мне нужно для укрепления моего положения, — это нечто ощутимое, что могло бы подейство­вать на воображение моих подданных, например, обещание отно­сительно Танжера… Танжер, присоединенный к нашей зоне, был бы неоценимым козырем в моих руках.

Имеются и другие пре­ имущества, которые можно было бы предоставить Испании, как, например, расширение к югу ее зоны в Марокко». Однако грубый шантаж испанского короля не удался, Англия и Франция вовсе не желали поступиться своими интересами ради выгод Альфонса испанского.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

одиннадцать − 5 =